«Жизнь советской девушки» Татьяны Москвиной

previewЕсть такая формулировка, что книга – это артефакт, с помощью которого возможно погружение во внутренний мир автора. Есть авторы, внутренний мир которых вас не интересует и даром. Есть авторы, играющие с вами и манипулирующие вами, нравится вам это или нет. Есть авторы, которые когда-то вам понравились, но потом они стали предлагать вам погружение во что-то такое, что ну его нафиг… Тот же автор, который пишет о своей жизни, понимает, что берет на себя смелость предстать перед читателем как он есть.

Возможно, это возрастное, но больше всего я люблю именно такое чтение: рассказы человека о своей жизни. И сейчас, когда для приобретения «чего почитать» даже в магазин не надо идти, то и дело осуществляю серфинг по тематическим ресурсам интернета с целью найти автобиографическую прозу, мемуары или уж публицистику.

Татьяна Москвина – это личность, которой я являюсь преданной поклонницей. Могу привести тот факт, что все ее книги покупала в бумажном виде в магазине, храню и с удовольствием перечитываю. Правда вот закавыка: перечитываю именно публицистику, а например, роман «Смерть это все мужчины», над которым плакала горькими слезами и который горячо рекомендовала подругам, с полки больше не снимаю.
Вот и «Жизнь советской девушки» с подзаголовком «биороман» купила сразу по выходе книги, прочла запоем, горячо рекомендую, но буду ли перечитывать? Так сразу однозначно не скажу.

Чего мы ждем от автобиографий и мемуаров? Захватывающих событий и коллизий чужой жизни? Возможности «подсмотреть» за другими в разных проявлениях? Констатации, что есть люди, хлебнувшие лиха гораздо больше, чем мы?.. Но есть потрясающее свойство чужой биографии: ощущение тождества ваших жизней, впечатление, что общаешься с родным человеком, с которым вы способны глубоко понять друг друга. Читаешь про чужую жизнь, а погружаешься в процесс самоидентичности… Следовательно, такая книга есть артефакт и для погружения во внутренний мир самоё читателя.

В своей «увертюре» Москвина использует убойный прием, который подчиняется только большому таланту. Книга буквально начинается так: «Я пишу для тебя». То есть, автор увидела на улице девушку лет восемнадцати, всем нутром ощутила, как она талантлива и как несчастна.
«И я знала, что еще долго-долго придется ей быть талантливой – неизвестно, в чем, — и несчастной, а это уж слишком ясно, отчего.
Это женский мутант.
Это я несколько десятилетий тому назад – с отчаянным туманом в голове, зачитавшаяся до одури, бредущая по городу…
Видимо, такие были, есть и будут – наверное, существует норма в процентах. Я думаю, процентов пять – семь от общего числа…
Или уже больше?
Или все-таки меньше?
Я не знаю. Но мне хотелось бы написать книгу, которая помогла бы этой девушке выстоять в жизненной борьбе – выстоять и, быть может, победить».

Насчет нормы в процентах – это тема для размышления. Но я вот верю, что той читательнице, для которой я веду свой блог, тоже захочется сказать Москвиной «Браво!» за этот зачин. В книге и дальше будет отчего почувствовать свое тождество с автором. Как вам, например, такая цитата:
«Я не боюсь людей. Наверно, я их больше не люблю — и оттого совсем не боюсь. Я кровно приварена к семье, легко отдам жизнь за детей, многие люди меня восхищают, есть те, кто дорог и симпатичен. Но любви больше нет – надорвалась, устала я любить».

Вот эта смелость «обнажиться» перед читателем в автобиографической прозе по идее может привести к сильному художественному результату. Дескать, автор повесил ружье, и читатель всю дорогу ожидает, когда же оно выстрелит. Как в новом фильме патологически любимого Москвиной Н.Михалкова герой рефренит вопрос: «Как же это получилось-то?» Так и здесь: как получилось, что сильная, умная, полная жизненных соков женщина устала любить и надорвалась? Но увы, из последующих мемуаров ответа на этот вопрос не следует.

И тут я позволю себе ворчливое высказывание. Как только некто в нашей стране начинает считать себя Мастером и гуру, так сразу же падает качество его продукции. Например, как только на книги стали ставить экслибрис «Редакция Елены Шубиной», так жди, что в данной книге будут явные недоработки именно по части редактуры.
Поэтому про то, что можно объединить понятием «женские дела» в период зрелого и позднего совка, прочесть можно достаточно (и да, это очень узнаваемо), а вот про то, что относится к понятию «портрет художника в юности», приходится читать между строк.

Однако если вы захотите, вы найдете ответ. Я нашла его в стихе Ильи Сельвинского, с которым (стихом) юную Таню Москвину познакомил папа:

Черепаха на базаре Хакодате
На прилавке обессиленно лежит.
Рядом высятся распиленные латы,
Мошкара над окровавленной жужжит.

Миловидная хозяюшка степенно
Выбирает помясистее кусок:
«Отрубите мне, прошу, за пол-иены
Этот окорок или вот этот бок».

И пока мясник над ухом у калеки
Смачно крякает, топориком рубя,
Черепаха только суживает веки,
Только втягивает голову в себя.

Отработавши конечности до паха,
Принимается торговец за живот,
Но глядит, не умирает черепаха…
Возмутительно живучая – живёт!

Здесь, читатель мой, кончается сюжет.
Никакого поучения тут нет.
Но, конечно же, я не был бы поэтом,
Если б мысль моя закончилась на этом.

Стих вписывается в разные контексты автобиографической прозы. Кому надо, тот, его читая, всплакнет и над собой. Но приводить его вне контекста бессмысленно – не поймут. А я вот приведу его лишний раз здесь. На память.

Также в этой рубрике:

«Обращение в слух» Антона Понизовского... Если подсчитывать книги, которые за последние годы вызвали у меня ощущение читательского счастья, то хватит пальцев одной руки. Возможно, это нормальное явление, а возмож...
«Прощание славянки» Валерии Новодворской... Еще пару лет назад я о Новодворской не задумывалась вообще. Хотя отдавала должное ее своеобразному обаянию и публицистическому задору. Знала, конечно, что она диссидентка...
Ёжик не должен был есть пирожки… «Квартал. Прохождение» Д.Быкова... Для меня Дмитрий Быков – редкий пример того, что восприятие одним человеком другого может меняться в лучшую сторону. Помню, в первые разы, когда видела его по телевизору ...
«Великая мечта» Андрея Рубанова Бывает так, что чем больше тебе нравится чужая работа, тем больше к ней возникает претензий. Когда я читала роман Андрея Рубанова "Великая мечта", то думала, что это очен...
В : КНИГИ

2 комментария

  1. Екатерина

    Многоуважаемая Татьяна! Евгений Идельевич никому ничего не обещал. Вы же отлично знаете, что женщины сами всё это организовывали. Так почему Вы считаете, что он заслужил жестокую гибель в катастрофе??? У Вас прекрасный сын,почему бы не быть счастливой этим и даже благодарной Евгению.??? Сами ведь пишете, что «приходилось осведомляться о планах»? значит, знали, на что шли…. Дай Бог здоровья и благополучия прекрасному Севе, а Евгению земля пухом!!!

    • Валентина Мовилло

      Уважаемая Екатерина! Весьма необычно, что вы решили обратиться к автору книги через комментарий в моем персональном блоге. Однако вряд ли Татьяна его здесь прочтет…

Напишите комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены (обязательно)